сочинение 9 класс

Н.С. Валгиной: «Пунктуация достигла такого уровня развития, когда она стала выразителем тончайших оттенков смысла и интонации, ритма и стиля». 

Н.С. Валгиной: «Современная русская пунктуация 

это очень сложная, но чёткая система. В разностороннем богатстве этой системы таятся большие возможности для пишущего. И это превращает пунктуацию… в мощное смысловое и стилистическое средство».

1)В пригороде одного самого обычного города жила самая обычная семья: папа Витя, мама Вика, сын Митя и дочь Ника. (2)Дети были послушными, но они очень не любили ложиться спать. (3)Каждый вечер был скандал:

 (4)Дети, ложитесь спать! (5)Уже поздно… 

 сердился папа Витя.

 (6)Ну, папа, ещё полчасика можно мы поиграем? (7)Папочка, пожалуйста, 

 просили дети.

(8)Вот и сегодня дети ну никак не хотели идти спать.

 (9)Даю вам десять минут, 

 сказал рассерженно папа и вышел из комнаты.

 (10)Давайте соберём игрушки и будем ложиться, 

 сказала мама.

(11)В конце концов дети легли в свои кроватки и закрыли глаза.(12)Пробило полночь. (13)И вдруг Митя увидел, что в комнате стало происходить что-то необычное. (14)Детские игрушки начали оживать: куклы поправляли свои платья и причёски, солдатики чистили свои ружья, машинки проверяли свои колёса, мягкие игрушки сладко потягивались. (15)Митя притворился спящим, и они не заметили, что мальчик за ними наблюдает. (16)На соседней кровати сестра тоже не спала и во все глаза смотрела на игрушки.

 (17)Вика, 

 зашептал брат девочке, 

 наши игрушки ожили…

 (18)Я вижу.

 (19)Игрушки, вы ожили? (20)Как так может быть? 

 не вытерпела девочка.

 (21)Ой-ой-ой, они нас видят, 

 запищали куклы, 

 теперь все узнают нашу тайну.

 (22)Нет-нет, что вы, мы никому не раскроем ваш секрет. (23)Правда, Митя?

 (24)Правда, 

 согласился мальчик, 

 а почему вы только ночью оживаете? (25)Вот было бы здорово, если бы вы всегда были живыми! (26)Дети вылезли из кроватей и сели на пол в окружении игрушек.

 (27)Мы так устроены, 

 сказали солдатики. 

 (28)Если с нами бережно играют, если нас не разбрасывают, не ломают, то мы оживаем и оберегаем сон и покой наших хозяев, а если наоборот, то уходим навсегда.

(29)Ника взяла на руки самую любимую куклу.

 (30)Давайте поиграем? 

 предложила девочка.

 (31)Ура! (32)Давайте! 

 затеяли возню игрушки.

 (33)Вам спать надо, вы завтра плохо в садик встанете, 

 сказал  медведь 

 это была старая игрушка, с которой играла, наверное, ещё мама.

 (34)Хорошо, 

 Митя побоялся обидеть старого медведя, 

 а завтра мы ляжем спать пораньше, чтобы поиграть с вами со всеми живыми.

(35)Мальчик пожал ручку солдатикам, погладил по голове собачку Тишку, поставил машинки в гараж. 

 (36)Ника, давай спать, а завтра опять поиграем с игрушками!

 (37)Хорошо, 

 зевая, сказала девочка и уснула.

(38)Утром детей разбудил папа:

 (39)Папа, папа, а ты знаешь, что было сегодня ночью… 

 начал Митя, но потом вспомнил об обещании сохранить тайну. 

 (40)Мне приснился сон.

 (41)Ну, сон 

 это отлично, 

 засмеялся папа.

(42)Митя никому не рассказал про свой секрет. (43)Теперь он ложился спать рано, и каждую ночь игрушки оживали и играли с детьми, пока старый медведь не говорил им, что нужно идти спать.

(44)Конечно, это был сон. (45)Но ведь это хорошо, что дети верят в добрые сны!

 

 (По Л. Волковой)*

Н.С. Валгиной: «Современная русская пунктуация 

это очень сложная, но чёткая система. В разностороннем богатстве этой системы таятся большие возможности для пишущего. И это превращает пунктуацию… в мощное смысловое и стилистическое средство».

(1)В третью военную осень после уроков Анна Николаевна не отпустила нас по домам, а раздала узкие полоски бумаги, на которых под жирной фиолетовой печатью 

 всё честь по чести! 

было написано, что такой-то или такая-то действительно учится во втором классе девятой начальной школы.

 (2)Вот! (3)С этой! (4)Справкой! 

 разделяя слова, делая между ними паузы и, таким образом, не просто объясняя, а внушая, вдалбливая нам правило, которое требовалось запомнить, Анна Николаевна разъясняла и остальное. 

 (5)И письменным! (6)Поручительством! (7)Мамы! (8)Вы! (9)Пойдёте! (10)В детскую! (11)Библиотеку! (12)И запишетесь!

(13)Детское ликование не остановить. (14)Да и не нужно его останавливать, потому что это ведь стихия. (15)Поэтому наша мудрая Анна Николаевна только улыбнулась, когда мы заорали на радостях, заколготились в своих партах, как в коробах, отошла в сторону, прислонилась к тёплой печке, прикрыла глаза и сложила руки калачиком.

(16)Теперь самое время объяснить, отчего уж мы так возрадовались. (17)Дело в том, что все мы давно уже научились читать 

 соответственно возрасту, конечно же, запросто разделывались с тонкими, ещё довоенными, клееными-переклеенными книжечками, которые давала в классе Анна Николаевна, но вот в библиотеку нас не пускали, в библиотеку записывали почему-то лишь со второго класса. (18)А кому в детстве не хочется быть постарше? (19)Человек, который посещает библиотеку, 

 самостоятельный человек, и библиотека 

 заметный признак этой самостоятельности.

(20)Постепенно мы утихли, угомонились, и Анна Николаевна снова стала объяснять.

 (21)В письменном! (22)Поручительстве! (23)Мама должна написать! (24)Что в случае! (25)Потери! (26)Книг! (27)Она! (28)Возместит! (29)Утрату! (30)В десятикратном! (31)Размере!

 (32)Теперь вы понимаете свою ответственность? 

 спросила она уже обыкновенным, спокойным голосом.

(33)Можно было и не спрашивать. (34)Без всякого сомнения, штраф за потерянную книжку в десятикратном размере выглядел чудовищным наказанием. (35)Выходило, что книжки читать будем мы и терять, если доведётся, тоже будем их мы, а вот мамам придётся страдать из-за этого, будто мало им и так достаётся.

(36)Да, мы росли в строгости военной поры. (37)Но мы жили, как живут люди всегда, только с детства знали: там-то и там-то есть строгая черта, и Анна Николаевна просто предупреждала об этой черте. (38)Внушала нам, второклассникам, важную истину, согласно которой и мал и стар зависимы друг от дружки, и коли ты забудешь об этом, забудешь о том, что книжку надо беречь, и потеряешь по рассеянности или ещё по какой другой, пусть даже уважительной причине, то маме твоей придётся отвечать за тебя, плакать, собирать по рублю деньги в десятикратном размере.

(39)Повздыхав, зарубив себе на носу жестокий размер ответственности и ещё одно правило, по которому мама должна прийти сама вместе с тобой, захватив при этом паспорт, мы вылетели на волю, снова ликуя и толкаясь.

 

(По А.А. Лиханову)*

 

Лиханов Альберт Анатольевич (род. в 1935 г.) 

 писатель, журналист, председатель Российского детского фонда. Особое внимание в своих произведениях писатель уделяет роли семьи и школы в воспитании ребёнка, в формировании его характера.     

 

 

В.В. Виноградова: «Смешение или соединение выражений, принадлежащих к разным стилям литературного языка, в составе художественного произведения должно быть внутренне оправдано или мотивировано».

(1)Вовка примчался через десять минут. (2)На моём столе лежал раскрытый Пушкин. (3)Такую толстенную книгу Вовка никогда не видал.

 (4)Давай почитаем! 

 торопился Вовка.

(5)Как мы читали Пушкина! (6)Первый раз 

 самостоятельно, без руководства взрослых, пусть даже очень хороших и мудрых, как захлёбывались мы радостью познания неизвестных доселе слов и чувств 

 точно подкрались к благодатному источнику, который зачем-то прятали от нас прежде, давая из него лишь по глоточку отфильтрованной влаги, и вот мы пьём без всяких помех, и нам ломит зубы студёность и новизна. (7)Мы были полны восторга, ещё не умея выразить то, что переполняет нас до самого края, а только слушая себя, своё сердце, слушая, как замирает оно, когда возносит вдруг душу какая-то волна, и как обрывается всё внутри, когда волна эта бросает вниз, словно испытывая нашу прочность.

(8)Мы ещё не знали, что стихи Пушкина обладают этим волшебным умением, что волнуют нас образы и видения, слагаемые из слов, и что мы переживаем одно из самых счастливых мгновений, которые даруются человеку.

(9)Отныне, встречаясь, мы с Вовкой вели странные речи, в которых незримо присутствовал Александр Сергеевич. (10)Ну, например, я спрашивал своего друга:

 (11)Как ты вчера до дому довлачился? (12)В обитель дальнюю?

(13)А Вовка отвечал:

 (14)Поздно уже прикандыбал. (15)Почти  пред ясным восходом зари.

 (16)Говоря друг другу эти слова, мы, конечно, шутили, но не так, чтобы очень. (17)Спроси нас в ту пору со взрослой строгостью в голосе, чего это мы так по-дурацки шутим, мы бы, наверное, смутились и перестали вставлять в свою речь пушкинские слова, но мы ведь переговаривались негромко, говоря друг дружке свои замечательные тирады, и, по крайней мере, никому другому знаний своих не демонстрировали.

(18)Лишь однажды Вовка сорвался. 

(19)Так уж выходило, что слова эти и выражения легко и радостно впитывала наша память, похожая на губку, да ведь ещё мы и упражнялись, вставляя в свои речи пушкинские обороты, поэтому Вовку было трудно судить за раскрытие тайны, когда он вдруг сжал кулак и крикнул:

 (20)Вострепещи, тиран! (21)Уж близок час паденья!

(22)Это было в начале последнего урока. (23)Анна Николаевна рассказывала про последние известия с фронта, а Вовка, такая у него была почётная обязанность, передвигал флажки на карте под руководством учительницы.

(24)Наши били фрицев, флажки двигались каждый день, расширяя фронт атак, и в тот день скакнули далеко вперёд. (25)Вот Вовка и не выдержал.

(26)Все засмеялись его необыкновенным словам 

 все, кроме меня и Анны Николаевны. (27)Учительница же заглянула Вовке прямо в глаза, а потом долго смотрела ему вслед, пока мой друг, притихший, медленно, словно раненый, шёл к парте, усаживался, лез зачем-то в портфель.

 (28)М-мда

 задумчиво произнесла Анна Николаевна и после небольшой паузы сказала:

 (29)Ребята, а давайте проведём в классе конкурс на лучшего исполнителя стихотворений Пушкина!

(По А.А. Лиханову)*

 

Лиханов Альберт Анат

Л.В. Щербы: «Абзац, или красная строка, которую тоже надо считать своего рода знаком препинания, углубляет предшествующую точку и открывает совершенно иной ход мыслей».

1)Городской человек не ведает, чем пахнет земля, как она дышит, как страдает от жажды, 

 земля скрыта от его глаз застывшей лавой асфальта.

(2)Меня мать приучала к земле, как птица приучает своего птенца к небу. (3)Но по-настоящему земля открылась мне на войне. (4)Я узнал спасительное свойство земли: под сильным огнём прижимался к ней в надежде, что смерть минует меня. (5)Это была земля моей матери, родная земля, и она хранила меня с материнской верностью.

(6)Один, только один раз земля не уберегла меня…  

(7)Я очнулся  в телеге, на сене. (8)Я не почувствовал боли, меня мучила нечеловеческая жажда. (9)Пить хотели губы, голова, грудь. (10)Всё, что было во мне живого, хотело пить. (11)Это была жажда горящего дома. (12)Я сгорал от жажды.

(13)И вдруг я подумал, что единственный человек, который может меня спасти, 

 мама. (14)Во мне пробудилось забытое детское чувство: когда плохо, рядом должна быть мама. (15)Она утолит жажду, отведёт боль, успокоит, спасёт. (16)И я стал звать её.

(17)Телега грохотала, заглушая мой голос. (18)Жажда запечатала губы. (19)А я из последних сил шептал незабываемое слово «мамочка». (20)Я звал её. (21)Я знал, что она откликнется и придёт. (22)И она появилась. (23)И сразу смолк грохот, и холодная животворная влага хлынула гасить пожар: текла по губам, по подбородку, за воротник. (24)Мама поддерживала мою голову осторожно, боясь причинить боль. (25)Она поила меня из холодного ковшика, отводила от меня смерть.

(26)Я почувствовал знакомое прикосновение руки, услышал родной голос:

 (27)Сынок, сынок, родненький…

(28)Я не мог даже приоткрыть глаза. (29)Но я видел мать. (30)Я узнавал её руку, её голос. (31)Я ожил от её милосердия. (32)Губы разжались, и я прошептал:

 (33)Мама, мамочка…



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | ... | Вперед → | Последняя | Весь текст


Предыдущий:

Следующий: